Вы вошли как Гость | Группа "Гости"Приветствую Вас Гость | RSS | ГлавнаяМой профиль | Регистрация | Выход | Вход

[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум » Форум нашей Мечты » Философия Мечты » Мир добра (Реальные истории)
Мир добра
victorsorokinДата: Воскресенье, 20.04.2008, 12:02 | Сообщение # 1
Братство Мечты
Группа: Официальные авторы Мечты
Сообщений: 30
Репутация: 26
Статус: Оффлайн
В этой теме я приглашаю всех рассказать о случаях БЕСКОРЫСТНОЙ и ИНИЦИАТИВНОЙ ДОБРОТЫ, которую проявили другие люди в отношении вас.
В моей коллекции 12 таких историй.

__________________

1. Сонм святых

В последний раз (в 1989 году) мы вернулись из путешествия по Швеции на норвежском пароме из Осло. И вот много лет спустя мы просматривали видеофильм, снятый на том пароме. Вдруг сквозь крики чаек и незнакомую мне речь за кадром я услышал насвистывание грустной, трогательной и любимой мною мелодии "Албанского танго": "Вдали погас последний луч заката...". Невероятно, что во время съемки я эту мелодию не слышал (очевидно, слишком увлекшись съемкой). А жаль, ведь где-то совсем рядом ехал русский человек с красивой душой (ах, как проникновенно он насвистывал!), хотя советские границы были еще на замке! Но все возможности отыскать нашего загадочного попутчика исчезли невосстановимо. У меня было ощущение, что я потерял близкого друга. Не странно ли: потерять то, чего не успел приобрести…

Жизнь предоставила нам с Соней широкие возможности для общения со многими известными именами в разнообразных сферах и на разных уровнях. Однако когда мы начинаем вспоминать людей, то оказывается, что в первую очередь на память приходят те, кто когда-то проявил теплоту своей души или оказал бескорыстную помощь в трудную минуту.

Первой в этом длинном череду была моя соседка тетя Лида, однажды в голодном 1946 году накормившая меня, пятилетнего ребенка, настоящим – хоть и жидким, но на мясном бульоне (!) – супом (в тот день в моем словаре появилось новое слово: "вкусный"). Следующая подобная тарелка супа появится в моей жизни через шесть лет – ею угостит меня мать моего шпанистого обидчика…

Но, конечно, самым большой подарок в жизни, если такое случается, – это Учитель, человек, без которого самые важные стороны жизни так и остаются до самой смерти неведомыми. Им для меня оказался, уже в университетские годы, – самый интеллигентный (питерский да еще дореволюционнный!) интеллигент Илья Александрович Цареградский, научивший меня большой Любви и большой Истине.

Потом – наши пушкинские друзья Шевелевы, предложившие нам с Соней (и двумя детьми) все деньги – по тем временам фантастически большие (считай годовой заработок), – заработанные тяжелейшим трудом в студенческом стройотряде.

В 1970-м году это две женщины с реки Межи (приток Западной Двины): баба Алёна из деревни Новая Железница, принесшая в шквальную грозу нам в палатку картошки и молока, и пенсионерка Барыкина Фаина Ильинична из села Королевщина, подарившая нам пенсионный рубль (возможно, последний, но ее сын шепотом запретил нам отказываться от подарка!).

В 1981-м – Андрей Дмитриевич Сахаров, помешавший исключению из МГУ нашего старшего сына как сына "врагов народа".

В 1982-м – Петр Маркович Егидес, высланный из СССР тремя годами раньше нас, который предоставил нам как политэмигрантам на полгода большую комнату в своей небольшой квартире под Парижем.

В 1985-м – известный изобретатель-эмигрант Феликс Светлов, выславший мне из Нью-Йорка (лишь на основании моего краткого объявления об изобретении в газете – как говорится, «за красивые глазки») объемистые темники изобретений по заказу Министерства обороны США.

В 1993-м – виднейший тризовец Александр Селюцкий, создавший мне идеальные условия для участия в работе ассоциации ТРИЗ и подаривший три десятка редчайших книг по решению изобретательских задач.

В том же году – сосед, самый настоящий француз-пенсионер (а известно, что французы щепетильно избегают навязывание своего общества незнакомым), пришедший ко мне с большой тачкой, чтобы помочь перетаскать машину песка от дороги на другой конец участка.

В 1998-м – Председатель Союза русских инженеров во Франции Анатолий Федорович Максимов, обеспечивший мне на свои пенсионные сбережения участие в дорогой Международной выставке изобретений в Лионе...

В 2003-м (уже в Ландах, на юге Франции) – незнакомый сосед-француз с другого конца нашей большой деревни, привезший и подаривший тридцать кустов лавровишни для живой ограды нашего нового дома с участком.

И, заметьте, во всех случаях помощь и дары были сделаны нам без каких-либо намеков с нашей стороны на нужду. ПРОСТО ТАК...

***

…Году в 1996-м уже сильно сдавшая Сонина мама возвращалась самолетом из парижского аэропорта "Шарль де Голль" в Москву. Времена на дворе стояли крутые: рассчитывать хоть на какую-нибудь помощь соотечественников не приходилось – за границу выезжали в основном люди "крутые", "новые", "совки", думающие только о своей шкуре. И вдруг в регистрационной очереди милая девушка – то ли старшеклассница, то ли студентка первого курса – проявила инициативу помочь нашей маме. По приезде в Москву мама рассказала по телефону, что та девушка тащила мамины чемоданы от самой регистрации в парижском аэропорту аж до самого городского автобуса во Внуково! Такого, как будто, не бывает! Но вот... Нам ничего не известно о той девушке, за исключением того, что ее папа физик и он, возможно, работал в Париже. Низкий поклон тебе, о, чудесная девушка! Остались же еще в закромах Родины нетленные ценности!..

...Будучи убежденным атеистом, об одном я все-таки прошу Всевышнего: "Боже, не дай мне забыть никого из тех, кто оказал помощь мне, моей семье и моим близким!"

О некоторых случаях неожиданной гриновской доброты я расскажу подробней в нижеследующей серии заметок.

 
rmДата: Пятница, 25.04.2008, 20:57 | Сообщение # 2
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 514
Репутация: 3
Статус: Оффлайн
У каждого человека таких событий, когда они сталкивались с подвигом добра, очень много. Я долго хранил (и буду хранить) в памяти своего наставника относительно чтения. Кто-то подумает, что это учитель-мужчина. Нет. Она была в те 80-тые годы, как бы сейчас сказали продвинутая, в условиях железного занавеса умудрялась находить малотиражные журналы, несущие, где-то там, в глубине толстой стопки страниц мудрость столь дифицитной в то время свободы. Это был редкий элемент (для меня) столкновения с правдой, с ценностями, которые почитает весь демократичный мир, но тогда это было откровением, как все, что вселяет надежду. Когда мы думаем, в какой момент мы состоялись как личности, мы вспоминаем себя в 14 лет, и вспоминаем наших истинных учителей. Планирую (если освободится время) написать о Валентине (которая никогда не была профессиональным учителем)!

Любой момент жизни для принявшего идею Мечты есть ПРАЗДНИК творчества и созидания. Никто и ничто не способны омрачить его.
 
victorsorokinДата: Понедельник, 28.04.2008, 23:38 | Сообщение # 3
Братство Мечты
Группа: Официальные авторы Мечты
Сообщений: 30
Репутация: 26
Статус: Оффлайн
Quote (rm)
Планирую (если освободится время) написать о Филипской Валентине (которая никогда не была профессиональным учителем)!

Да, она не была учителем, ибо была Учителем! И потому на эту тему:

===============

Просто так! 2. Учитель.

В феврале 1960 года я возвращался домой из Лесотехнического института, где учился на втором курсе факультета электроники. Войдя в вагон загорского поезда, я сел на второй скамье от входа и через три ряда сидений, с другой стороны поезда, увидел полного, пожилого мужчину, лицо которого сразу и целиком завладело мною. Дотоле подобных лиц мне встречать не доводилось: с полной достоверностью оно свидетельствовало о беспредельном величии духа его владельца. Одного этого было достаточно, чтобы пойти за явлением хоть на край света. А ведь, кроме того, лицо отражало богатейшее знание жизни – как в пространстве, так и во времени. И потому, опережая дальнейшее любование необычайной красотой человека, я принял железное решение: во что бы то ни стало познакомиться. Но когда поезд прогромыхал по мосту над Учой, я понял: пассажир поедет дальше. Поборов смущение, я подошел к нему:
– Извините, но мне очень хотелось бы с вами познакомиться.

Взглянув на меня чуть прищуренным, но отнюдь не удивленным взглядом, пассажир сказал:
– Я вижу, вам надо выходить. Тогда я сойду с вами, а поеду следующим поездом.

Илья Александрович – так звали пассажира – просчитался: загорские поезда на станции Пушкино проходили один за другим, а мы все говорили и говорили… А вот о чем? Память молчит, как партизан. Твердо знаю только одно: никакими интересными для пожилого человека знаниями я не обладал. Что же удерживало Илью Александровича от того, чтобы прекратить разговор и поехать к какому-то своему знакомому на дачу в Хотьково? Объяснение тут может быть только одно: есть люди, нуждающиеся в Учениках, и я давал Илье Александровичу надежду оказаться таким Учеником. И эту его надежду я оправдал вполне.

…Мы прообщались на станции битых два часа! Для каждого из нас, одного – еще юноши, другого – уже готовящегося в мир иной, эта встреча была восходом солнца – вечного и незаходящего. С тех пор раз в месяц мы встречались для задушевных бесед в «стоячке» ресторана «Прага». Угощал всегда он, поскольку я, живший лишь на одну стипендию, еле сводил концы с концами…

Конечно, более всего мы говорили о вечных ценностях: любви и тяге к безграничному совершенству. Человеку даны безграничные возможности для строительства красоты во всем, и он обязан реализовать их до конца. Душа, интеллект, чувства, человеческие отношения, искусственный мир, природа – все это можно улучшать безгранично. Илья Александрович учил меня искусству жить бесконфликтно с окружающими. Осторожно он вводил меня и в мир политики. От него я узнал о расстреле рабочей демонстрации в Новочеркасске, а также о скрываемых официозом масштабе сталинского террора.

Его любимым писателем был С.Моэм. К нему он приручил и меня. Это была по существу моя первая в жизни художественная литература, с которой я столкнулся…

Несколько раз он приглашал меня, как он говорил, к своим подругам на Никитской. Сдается мне, что одна из «подруг» была Анна Ахматова. Но тогда по невежеству я этого знать не мог.

У Ильи Александровича в Ленинграде была дочь, с которой у него, как мне показалось, были не самые теплые отношения. И не странно ли, что за три года нашего общения мы практически ничего не говорили о личном.

...На одну из встреч Учитель не пришел, а был он человеком в высшей степени точным и обязательным. Где он жил, я не знал. А место и час наших встреч всегда назначал он. Спустя несколько лет кто-то мне сказал, что в пятидесятых годах он якобы работал в редакции журнала «Биология»…

А спустя десятилетия открылся удивительный феномен: оказывается, Учитель не умирает – его душа переселяется… в Ученика!

 
victorsorokinДата: Пятница, 27.06.2008, 01:08 | Сообщение # 4
Братство Мечты
Группа: Официальные авторы Мечты
Сообщений: 30
Репутация: 26
Статус: Оффлайн
Quote (victorsorokin)
О некоторых случаях неожиданной гриновской доброты я расскажу подробней в нижеследующей серии заметок.

============

Просто так! 3. "За красивые глазки"

Последние два года моего заочного обучения на экономическом факультете МГУ я работал на Московском главпочтамте слесарем-наладчиком ленточных транспортеров. Хотя зарплата была и по самому высокому разряду, но с получением диплома надо было продвигаться по научной или педагогической стезе. Но уж с «черной» работой надо было завязывать определенно.

По совету и рекомендациям друзей я нашел две временно-случайных работы и одну постоянную, но сдельно-ненормированную. Первая из работ была преподавательская - я читал лекции по линейной алгебре на курсах подготовки программистов при Совмине РСФСР. Вторая работа была летняя – организация экскурсий по Московскому кремлю. А третья – продавцом книг с переносного лотка, т.е. книгоношей. Во всех трех случаях часовые заработки были весьма высоки, и жизнь, с учетом купленного втридорога горбатого «Запорожца» ласкала удовольствиями.

Тем не менее, хотелось творческого роста. И вот однажды я увидел – кажется, в «Московской правде» – объявление о конкурсе на замещение должности ассистента по кафедре «Экономическая кибернетика» в Московский инженерно-экономическом институте им. С.Орджоникидзе. Попытка – не пытка, и я поехал в институт. На кафедре меня представили лектору Н.Н.Вильямсу, который и должен был установить мою «профпригодность». Он устроил мне пробную лекцию в одной из студенческих групп, которую, как мне показалось, я основательно завалил (по крайней мере, самому себе я поставил «двойку»!).

Каково же было мое удивление, когда Николай Николаевич сказал заведующему кафедрой кибернетики Л.М.Прокунину, что меня можно взять. У меня было столь радостное ощущение, будто я поступил учиться на какой-нибудь авторитетнейший факультет, преодолев неимоверный конкурс. Но с другой стороны, я понимал, что Вильямс просто-напросто меня пожалел.

Николай Николаевич относился ко мне по-отечески и после моего зачисления на должность ассистента. Несколько раз он даже приглашал меня к себе домой, но я от приглашения вежливо уклонялся. А зря! В то время мы с Соней искали выход на московских правозащитников. А Н.Н.Вильямс был мужем известной правозащитницы Л.Алексеевой. Но узнал я об этом только через три года – из сообщения «Радио Свобода» о прибытии Л.Алексеевой с мужем на Запад… Только тогда я понял, почему Николай Николаевич так настойчиво приглашал меня к себе и почему он постоянно читал книги на английском языке. Но мы переиграли друг друга в конспирацию…

Через год после эмиграции Вильямса «ушли» из института и меня – скорее всего, кто-то из студентов донес на меня за неприкрытую защиту евреев в СССР. (Об опасности моего поведения свидетельствует хотя бы тот факт, что, предлагая подыскивать для кафедры новых преподавателей, завкафедрой Л.М.Митрофанов предостерегал: «Баб и евреев не рекомендовать!» Справедливости ради должен заметить, что, по сути, антисоветская и глубоко научная программа курса экономической кибернетики была разработана, тем не менее, именно Митрофановым. )

Однако Земля – слишком тесное место во Вселенной, чтобы расставания были вечными: через десять лет я встретился с Николаем Николаевичем в Джерси-Сити, что по другую сторону Гудзонова пролива от Нью-Йорка. К сожалению, человек, когда-то выведший меня «в люди», был безнадежно поражен «русской болезнью» – алкоголизмом, отчего встреча получилась скомканной. Я не знаю, когда он скончался. Но зато знаю наверняка, что человек, подаривший добро, продолжает жить в том, кому он это добро подарил.

Без Н.Н.Вильямса я мог не состояться, ибо экономическая кибернетика – одна из важнейших наук, позволяюших понять скрытые пружины человеческого поведения…

 
Форум » Форум нашей Мечты » Философия Мечты » Мир добра (Реальные истории)
Страница 1 из 11
Поиск:

Меню сайта

Журнал "Вісник Мрії" є періодичним виданням ГО «Дитячо-юнацька екологічна організація «Республіка Мрія», яка з 10 листопада 2013 року як асоційований член увійшла в мережу Всеукраїнської екологічної громадської організації «МАМА-86».  Про ВЕГО "МАМА-86"

Форма входа

Новые комментарии

В том то и дело что не сводятся: https://vk.com/fermats_last_theorem

Самая правдивая графика устройства реальности! Тайные знания. Не для всех!

Необыкновенный энергетический всплеск. Дар огня. Драма одаренности, вынужденной отказаться от себя, ...

Необыкновенно точно подмечено! Нынешние жизни мы проживаем, осознавая лишь то, что дано. Червь узнае...

Друзья сайта

Поиск

Статистика

Наш опрос

Сколько страниц сайта Вы сегодня просмотрели?
Всего ответов: 227