Вы вошли как Гость | Группа "Гости"Приветствую Вас Гость | RSS | ГлавнаяМой профиль | Регистрация | Выход | Вход

[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум » Форум нашей Мечты » Философия Мечты » Мир добра (Реальные истории)
Мир добра
victorsorokinДата: Воскресенье, 20.04.2008, 12:02 | Сообщение # 1
Братство Мечты
Группа: Официальные авторы Мечты
Сообщений: 30
Репутация: 26
Статус: Offline
В этой теме я приглашаю всех рассказать о случаях БЕСКОРЫСТНОЙ и ИНИЦИАТИВНОЙ ДОБРОТЫ, которую проявили другие люди в отношении вас.
В моей коллекции 12 таких историй.

__________________

1. Сонм святых

В последний раз (в 1989 году) мы вернулись из путешествия по Швеции на норвежском пароме из Осло. И вот много лет спустя мы просматривали видеофильм, снятый на том пароме. Вдруг сквозь крики чаек и незнакомую мне речь за кадром я услышал насвистывание грустной, трогательной и любимой мною мелодии "Албанского танго": "Вдали погас последний луч заката...". Невероятно, что во время съемки я эту мелодию не слышал (очевидно, слишком увлекшись съемкой). А жаль, ведь где-то совсем рядом ехал русский человек с красивой душой (ах, как проникновенно он насвистывал!), хотя советские границы были еще на замке! Но все возможности отыскать нашего загадочного попутчика исчезли невосстановимо. У меня было ощущение, что я потерял близкого друга. Не странно ли: потерять то, чего не успел приобрести…

Жизнь предоставила нам с Соней широкие возможности для общения со многими известными именами в разнообразных сферах и на разных уровнях. Однако когда мы начинаем вспоминать людей, то оказывается, что в первую очередь на память приходят те, кто когда-то проявил теплоту своей души или оказал бескорыстную помощь в трудную минуту.

Первой в этом длинном череду была моя соседка тетя Лида, однажды в голодном 1946 году накормившая меня, пятилетнего ребенка, настоящим – хоть и жидким, но на мясном бульоне (!) – супом (в тот день в моем словаре появилось новое слово: "вкусный"). Следующая подобная тарелка супа появится в моей жизни через шесть лет – ею угостит меня мать моего шпанистого обидчика…

Но, конечно, самым большой подарок в жизни, если такое случается, – это Учитель, человек, без которого самые важные стороны жизни так и остаются до самой смерти неведомыми. Им для меня оказался, уже в университетские годы, – самый интеллигентный (питерский да еще дореволюционнный!) интеллигент Илья Александрович Цареградский, научивший меня большой Любви и большой Истине.

Потом – наши пушкинские друзья Шевелевы, предложившие нам с Соней (и двумя детьми) все деньги – по тем временам фантастически большие (считай годовой заработок), – заработанные тяжелейшим трудом в студенческом стройотряде.

В 1970-м году это две женщины с реки Межи (приток Западной Двины): баба Алёна из деревни Новая Железница, принесшая в шквальную грозу нам в палатку картошки и молока, и пенсионерка Барыкина Фаина Ильинична из села Королевщина, подарившая нам пенсионный рубль (возможно, последний, но ее сын шепотом запретил нам отказываться от подарка!).

В 1981-м – Андрей Дмитриевич Сахаров, помешавший исключению из МГУ нашего старшего сына как сына "врагов народа".

В 1982-м – Петр Маркович Егидес, высланный из СССР тремя годами раньше нас, который предоставил нам как политэмигрантам на полгода большую комнату в своей небольшой квартире под Парижем.

В 1985-м – известный изобретатель-эмигрант Феликс Светлов, выславший мне из Нью-Йорка (лишь на основании моего краткого объявления об изобретении в газете – как говорится, «за красивые глазки») объемистые темники изобретений по заказу Министерства обороны США.

В 1993-м – виднейший тризовец Александр Селюцкий, создавший мне идеальные условия для участия в работе ассоциации ТРИЗ и подаривший три десятка редчайших книг по решению изобретательских задач.

В том же году – сосед, самый настоящий француз-пенсионер (а известно, что французы щепетильно избегают навязывание своего общества незнакомым), пришедший ко мне с большой тачкой, чтобы помочь перетаскать машину песка от дороги на другой конец участка.

В 1998-м – Председатель Союза русских инженеров во Франции Анатолий Федорович Максимов, обеспечивший мне на свои пенсионные сбережения участие в дорогой Международной выставке изобретений в Лионе...

В 2003-м (уже в Ландах, на юге Франции) – незнакомый сосед-француз с другого конца нашей большой деревни, привезший и подаривший тридцать кустов лавровишни для живой ограды нашего нового дома с участком.

И, заметьте, во всех случаях помощь и дары были сделаны нам без каких-либо намеков с нашей стороны на нужду. ПРОСТО ТАК...

***

…Году в 1996-м уже сильно сдавшая Сонина мама возвращалась самолетом из парижского аэропорта "Шарль де Голль" в Москву. Времена на дворе стояли крутые: рассчитывать хоть на какую-нибудь помощь соотечественников не приходилось – за границу выезжали в основном люди "крутые", "новые", "совки", думающие только о своей шкуре. И вдруг в регистрационной очереди милая девушка – то ли старшеклассница, то ли студентка первого курса – проявила инициативу помочь нашей маме. По приезде в Москву мама рассказала по телефону, что та девушка тащила мамины чемоданы от самой регистрации в парижском аэропорту аж до самого городского автобуса во Внуково! Такого, как будто, не бывает! Но вот... Нам ничего не известно о той девушке, за исключением того, что ее папа физик и он, возможно, работал в Париже. Низкий поклон тебе, о, чудесная девушка! Остались же еще в закромах Родины нетленные ценности!..

...Будучи убежденным атеистом, об одном я все-таки прошу Всевышнего: "Боже, не дай мне забыть никого из тех, кто оказал помощь мне, моей семье и моим близким!"

О некоторых случаях неожиданной гриновской доброты я расскажу подробней в нижеследующей серии заметок.

 
rmДата: Пятница, 25.04.2008, 20:57 | Сообщение # 2
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 512
Репутация: 3
Статус: Offline
У каждого человека таких событий, когда они сталкивались с подвигом добра, очень много. Я долго хранил (и буду хранить) в памяти своего наставника относительно чтения. Кто-то подумает, что это учитель-мужчина. Нет. Она была в те 80-тые годы, как бы сейчас сказали продвинутая, в условиях железного занавеса умудрялась находить малотиражные журналы, несущие, где-то там, в глубине толстой стопки страниц мудрость столь дифицитной в то время свободы. Это был редкий элемент (для меня) столкновения с правдой, с ценностями, которые почитает весь демократичный мир, но тогда это было откровением, как все, что вселяет надежду. Когда мы думаем, в какой момент мы состоялись как личности, мы вспоминаем себя в 14 лет, и вспоминаем наших истинных учителей. Планирую (если освободится время) написать о Валентине (которая никогда не была профессиональным учителем)!

Любой момент жизни для принявшего идею Мечты есть ПРАЗДНИК творчества и созидания. Никто и ничто не способны омрачить его.
 
victorsorokinДата: Понедельник, 28.04.2008, 23:38 | Сообщение # 3
Братство Мечты
Группа: Официальные авторы Мечты
Сообщений: 30
Репутация: 26
Статус: Offline
Quote (rm)
Планирую (если освободится время) написать о Филипской Валентине (которая никогда не была профессиональным учителем)!

Да, она не была учителем, ибо была Учителем! И потому на эту тему:

===============

Просто так! 2. Учитель.

В феврале 1960 года я возвращался домой из Лесотехнического института, где учился на втором курсе факультета электроники. Войдя в вагон загорского поезда, я сел на второй скамье от входа и через три ряда сидений, с другой стороны поезда, увидел полного, пожилого мужчину, лицо которого сразу и целиком завладело мною. Дотоле подобных лиц мне встречать не доводилось: с полной достоверностью оно свидетельствовало о беспредельном величии духа его владельца. Одного этого было достаточно, чтобы пойти за явлением хоть на край света. А ведь, кроме того, лицо отражало богатейшее знание жизни – как в пространстве, так и во времени. И потому, опережая дальнейшее любование необычайной красотой человека, я принял железное решение: во что бы то ни стало познакомиться. Но когда поезд прогромыхал по мосту над Учой, я понял: пассажир поедет дальше. Поборов смущение, я подошел к нему:
– Извините, но мне очень хотелось бы с вами познакомиться.

Взглянув на меня чуть прищуренным, но отнюдь не удивленным взглядом, пассажир сказал:
– Я вижу, вам надо выходить. Тогда я сойду с вами, а поеду следующим поездом.

Илья Александрович – так звали пассажира – просчитался: загорские поезда на станции Пушкино проходили один за другим, а мы все говорили и говорили… А вот о чем? Память молчит, как партизан. Твердо знаю только одно: никакими интересными для пожилого человека знаниями я не обладал. Что же удерживало Илью Александровича от того, чтобы прекратить разговор и поехать к какому-то своему знакомому на дачу в Хотьково? Объяснение тут может быть только одно: есть люди, нуждающиеся в Учениках, и я давал Илье Александровичу надежду оказаться таким Учеником. И эту его надежду я оправдал вполне.

…Мы прообщались на станции битых два часа! Для каждого из нас, одного – еще юноши, другого – уже готовящегося в мир иной, эта встреча была восходом солнца – вечного и незаходящего. С тех пор раз в месяц мы встречались для задушевных бесед в «стоячке» ресторана «Прага». Угощал всегда он, поскольку я, живший лишь на одну стипендию, еле сводил концы с концами…

Конечно, более всего мы говорили о вечных ценностях: любви и тяге к безграничному совершенству. Человеку даны безграничные возможности для строительства красоты во всем, и он обязан реализовать их до конца. Душа, интеллект, чувства, человеческие отношения, искусственный мир, природа – все это можно улучшать безгранично. Илья Александрович учил меня искусству жить бесконфликтно с окружающими. Осторожно он вводил меня и в мир политики. От него я узнал о расстреле рабочей демонстрации в Новочеркасске, а также о скрываемых официозом масштабе сталинского террора.

Его любимым писателем был С.Моэм. К нему он приручил и меня. Это была по существу моя первая в жизни художественная литература, с которой я столкнулся…

Несколько раз он приглашал меня, как он говорил, к своим подругам на Никитской. Сдается мне, что одна из «подруг» была Анна Ахматова. Но тогда по невежеству я этого знать не мог.

У Ильи Александровича в Ленинграде была дочь, с которой у него, как мне показалось, были не самые теплые отношения. И не странно ли, что за три года нашего общения мы практически ничего не говорили о личном.

...На одну из встреч Учитель не пришел, а был он человеком в высшей степени точным и обязательным. Где он жил, я не знал. А место и час наших встреч всегда назначал он. Спустя несколько лет кто-то мне сказал, что в пятидесятых годах он якобы работал в редакции журнала «Биология»…

А спустя десятилетия открылся удивительный феномен: оказывается, Учитель не умирает – его душа переселяется… в Ученика!

 
victorsorokinДата: Пятница, 27.06.2008, 01:08 | Сообщение # 4
Братство Мечты
Группа: Официальные авторы Мечты
Сообщений: 30
Репутация: 26
Статус: Offline
Quote (victorsorokin)
О некоторых случаях неожиданной гриновской доброты я расскажу подробней в нижеследующей серии заметок.

============

Просто так! 3. "За красивые глазки"

Последние два года моего заочного обучения на экономическом факультете МГУ я работал на Московском главпочтамте слесарем-наладчиком ленточных транспортеров. Хотя зарплата была и по самому высокому разряду, но с получением диплома надо было продвигаться по научной или педагогической стезе. Но уж с «черной» работой надо было завязывать определенно.

По совету и рекомендациям друзей я нашел две временно-случайных работы и одну постоянную, но сдельно-ненормированную. Первая из работ была преподавательская - я читал лекции по линейной алгебре на курсах подготовки программистов при Совмине РСФСР. Вторая работа была летняя – организация экскурсий по Московскому кремлю. А третья – продавцом книг с переносного лотка, т.е. книгоношей. Во всех трех случаях часовые заработки были весьма высоки, и жизнь, с учетом купленного втридорога горбатого «Запорожца» ласкала удовольствиями.

Тем не менее, хотелось творческого роста. И вот однажды я увидел – кажется, в «Московской правде» – объявление о конкурсе на замещение должности ассистента по кафедре «Экономическая кибернетика» в Московский инженерно-экономическом институте им. С.Орджоникидзе. Попытка – не пытка, и я поехал в институт. На кафедре меня представили лектору Н.Н.Вильямсу, который и должен был установить мою «профпригодность». Он устроил мне пробную лекцию в одной из студенческих групп, которую, как мне показалось, я основательно завалил (по крайней мере, самому себе я поставил «двойку»!).

Каково же было мое удивление, когда Николай Николаевич сказал заведующему кафедрой кибернетики Л.М.Прокунину, что меня можно взять. У меня было столь радостное ощущение, будто я поступил учиться на какой-нибудь авторитетнейший факультет, преодолев неимоверный конкурс. Но с другой стороны, я понимал, что Вильямс просто-напросто меня пожалел.

Николай Николаевич относился ко мне по-отечески и после моего зачисления на должность ассистента. Несколько раз он даже приглашал меня к себе домой, но я от приглашения вежливо уклонялся. А зря! В то время мы с Соней искали выход на московских правозащитников. А Н.Н.Вильямс был мужем известной правозащитницы Л.Алексеевой. Но узнал я об этом только через три года – из сообщения «Радио Свобода» о прибытии Л.Алексеевой с мужем на Запад… Только тогда я понял, почему Николай Николаевич так настойчиво приглашал меня к себе и почему он постоянно читал книги на английском языке. Но мы переиграли друг друга в конспирацию…

Через год после эмиграции Вильямса «ушли» из института и меня – скорее всего, кто-то из студентов донес на меня за неприкрытую защиту евреев в СССР. (Об опасности моего поведения свидетельствует хотя бы тот факт, что, предлагая подыскивать для кафедры новых преподавателей, завкафедрой Л.М.Митрофанов предостерегал: «Баб и евреев не рекомендовать!» Справедливости ради должен заметить, что, по сути, антисоветская и глубоко научная программа курса экономической кибернетики была разработана, тем не менее, именно Митрофановым. )

Однако Земля – слишком тесное место во Вселенной, чтобы расставания были вечными: через десять лет я встретился с Николаем Николаевичем в Джерси-Сити, что по другую сторону Гудзонова пролива от Нью-Йорка. К сожалению, человек, когда-то выведший меня «в люди», был безнадежно поражен «русской болезнью» – алкоголизмом, отчего встреча получилась скомканной. Я не знаю, когда он скончался. Но зато знаю наверняка, что человек, подаривший добро, продолжает жить в том, кому он это добро подарил.

Без Н.Н.Вильямса я мог не состояться, ибо экономическая кибернетика – одна из важнейших наук, позволяюших понять скрытые пружины человеческого поведения…

 
Форум » Форум нашей Мечты » Философия Мечты » Мир добра (Реальные истории)
Страница 1 из 11
Поиск:

Форма входа

Меню сайта

Журнал "Вісник Мрії" є періодичним виданням ГО «Дитячо-юнацька екологічна організація «Республіка Мрія», яка з 10 листопада 2013 року як асоційований член увійшла в мережу Всеукраїнської екологічної громадської організації «МАМА-86».  Про ВЕГО "МАМА-86"

Новые комментарии

Спасибо, Андрей, за высокую оценку моей работы. Сейчас я начал публикацию второго издания. На Фейсбу...

Теперь очередь за молодыми собеседниками!

зет-мир - россыпь жизненно важных советов. Главное - ничего не упустить, быть неравнодушным и внимат...

Отличная статья! Своеобразный компас для ищущего современника. Возможность выйти из пропитавшегося г...

Друзья сайта

Поиск

Статистика

Рейтинг 
по комментариям 

Наш опрос

Как часто Вы посещаете наш сайт?
Всего ответов: 126