Вы вошли как Гость | Группа "Гости"Приветствую Вас Гость | RSS | ГлавнаяМой профиль | Регистрация | Выход | Вход

Главная » Статьи » Официальные авторы "Мечты" » Виктор Сорокин

Антология чувств. Крыши

Приступив к написанию этой заметки, неожиданно для себя я осознал, что «неодушевленные» крыши сыграли в моей жизни роль, по своему влиянию сопоставимую с ролью Учителя, духовного наставника... 

Впервые на крыше (это было в дедушкином доме в деревне Малынь под Тулой) я оказался лет в шесть, когда дедушка перекрывал ее жестью. Он работал, а я просто лазил по обрешетке, стараясь не провалиться в щели. Никаких особых чувств это во мне не вызывало, поскольку в присутствии другого человека дверца моих чувств, как это всегда было со мной, была наглухо закрыта и посему воспринимать мир я мог только познавательно...

Но однажды я забрался на крышу самостоятельно: сначала вскарабкался по стене, сложенной из глыб известняка, а уже с нее забрался на крышу пристройки-амбара. Сделав шагов пять, я оказался в центре этой покатой крыши. И здесь меня охватило весьма странное чувство: я почувствовал себя как бы заброшенным на самые отдаленные безлюдные острова! Но при этом, однако, я испытывал только положительные эмоции: с одной стороны, я был защищен от нашествия нежелательных мне людей – ибо находился на территории, где НИКТО не шастает, а с другой стороны, в случае какой-либо опасности – грозы или дождя – я мог быстро спуститься с крыши и спрятаться под бабушкиным крылышком.

Вот это ощущение полной и безопасной внешней СВОБОДЫ, которого раньше не было и которое позднее будет редко встречаться, стало для меня каким-то базовым познанием: я смогу стать независимым и хочу, чтобы моя жизнь прошла в основном в условии независимости от всех и вся. (Позже философы-умники будут мне тыкать в нос холопскую установку марксизма: «Жить среди людей и быть от них независимым нельзя!». Но это для верующих дяде, царю, Богу, черту и т.п... Я же в четырнадцать лет перестал верить кому бы то ни было.)

Помимо ничем не замутненного чувства свободы, крыша дедушкиного дома открыла мне еще и дверь в Мечту.

Однажды, обжигая пятки раскаленной под полуденным солнцем жестью, я полез на крутой скат жилой части дома. Цепляясь за ребра стыков, я добрался до гребня, где меня поджидало еще одно чудо: оказывается, с крыши можно увидеть то, чего с земли увидеть ну никак, а главное – никому! – невозможно!  Помню, что меня поразил (пусть еще не осознанно, а пока лишь чувственно) факт: вот там ВНИЗУ, всего на каких-то пять метров ниже моего положения, люди живут обыденной жизнью, девочки играют в классики, мальчишки катают обручи и им невдомек, что совсем рядом, всего пятью метрами выше, существует совсем ИНОЙ, как бы зазеркальный, но в то же время и самый настоящий, всамделишный мир!

Этот вывод оказался по-философски фундаментальным: оказывается, человек может видеть то, чего не могут видеть другие! И это было не чувство тщеславия – для этого нужно было бы идти в обратную сторону – в толпу. Это было ощущение возможности того, что человек может видеть и делать намного больше того, что общеизвестно!..

Помню удивление от неожиданного расширения горизонта, где на пределе зрения я увидел два дерева. Нет, я нисколько не усомнился в том, что они и в самом деле там были, что это был не мираж и самовнушение. Но я-то видел, а играющие на земле мои сверстники не видели, НЕТ! И я почувствовал себя настоящим богачом – богачом возможностей!..

Вообще, мне фантастически повезло: самую впечатлительную часть жизни я прожил в холмистой местности под Тулой. Деревня Малынь растянулась по краю высокого приречного обрыва. И в облачный день мы, дети, любовались величественной и завораживающей картиной плывущих по долине теней от облаков (в лесном и равнинном Подмосковье такого чуда не увидеть!). Поэтому, когда в школе мы дошли до лермонтовских слов "Тучки небесные, вечные странники", сердце заёкало от всплывшей в памяти картины: тучки в небе, тучки и на земле! (Загляните в Google и вы увидите, что указанная лермонтовская строка цитируется почти исключительно из прагматической потребности грамотно заниматься сочинительством стихов или «усвоения» школьной программы – увы, знак времени...) Но тень от туч означает, что солнце смотрит на них сверху. Еще каплю воображения – и вот я смотрю на землю глазами солнца, ИЗВНЕ этой жизни!..

Но в конце 40-х годов прошлого века железные крыши были в моей деревне еще редкостью. Их обычно крыли соломой. Лазание по ним было небезопасным для «пятой точки», так как можно было заработать ремня от родителей, поскольку крыши были непрочными. А соломенные крыши были интересны тем, что в их козырьках гнездились воробьи. Как они делали норы, не знаю. Бывало,  приставишь к стене доску, к ней – другую, заберешься на такую импровизированную лестницу, запустишь руку в нору – а там птенцы! Посмотришь, полюбуешься и положишь на место...

За нашим домом в деревне, у большака, стояли два старинных колхозных сарая. Один – известняковый, глухой, с посеревшими воротами, другой – без ворот, с дырявыми стенами из плетня, обмазанными глиной. В первом хранился сельскохозяйственный инвентарь, да и он был закрыт. А во второй я иногда заходил. Дальний его конец был завален соломой. Абсолютную тишину нарушал тихий перезвон солнечных лучей, пробивающихся сквозь щели. Под верхней балкой крыши лепились два-три ласточкиных гнезда. Крыша пахла теплом, сухостью и пылью...

Позже, лет в четырнадцать-пятнадцать, у своего деда-жестянщика я был подмастерьем и во время летних каникул успел покрыть с ним пару крыш. По какой-то необъяснимой причине работа с дедушкой была для меня не работой, а самым радостным досугом! (Только спустя полвека я понял, почему, несмотря на ужасающую нищету и беспредельное социальное угнетение, мои крестьянские предки проживали свою жизнь в безграничной любви, радости и благодати.) За работу дед брал с заказчика по 400-700 «сталинских» рублей (это при цене сахара 9 руб. 40 коп. и картошки 1 руб. за кг, а молочного мороженого 1 руб. за порцию).

Особая статья – это крышный пейзаж. Я уже не помню точно, где и когда видел эти пейзажи, но они сидят в памяти. Хотя нет, вспомнил.

...Март 1947 года. Мама из Москвы повезла меня, шестилетнего, в Малынь. До Плавска – поездом, а оттуда – с дедушкой на подводе: восемнадцать верст по-над Плавой. Как в замедленной съемке появляются и исчезают деревни: Пеньково, Крюково, Драгуны, Чириково, Даниловка и, наконец, Малынь. Сначала с вершины холма появляются верхушки лозин, и уж потом, постепенно, укрытые пухлыми шапками снега соломенные крыши изб и сараев. Вот и последний, Даниловский, холм, откуда как на параде, резко появляется длиннющая цепь домов с маленькими окнами. И потому, в первую очередь, видны только крыши, крыши...

А еще сильное впечатление осталось от деревенских крыш конца марта 1949 года. Было самое начало рассвета. Я вышел в огород, который был позади дома. В небе висел узкий серп месяца. Ночной морозец покрыл уже начавший подтаивать снег прочной коркой, по которому можно было ходить не проваливаясь. Я прошел в конец огорода, обернулся на линию домов и ахнул: из трубы каждого дома строго вертикально к небу тянулся дымок! Через несколько лет, когда мы проходили «Капитанскую дочку» и дошли до эпизода, где Пугачев по запаху дыма определял правильное направление пути, я почему-то вспоминал именно эту вереницу дымков...

При переезде в Подмосковье в моей памяти остались только две крыши – нашего коммунального дома-дачи и коммунального же сарая. Трудно с чем-либо сравнить удовольствие пацана от работы по очистке крыши от весеннего снега. («Круче» был бы разве что полет на воздушном шаре, но в нашем детстве это считалось нереальной фантастикой – как из пушки попасть на Луну...) А поскольку в середине двадцатого века зимы были необычайно снежными, то сугроб снега, сброшенного с сарая, достигал почти трехметровой вышины. Из этого сугроба получалась великолепная горка для катания на санках и лыжах! 

После подобных удовольствий восхождение на крышу нового девятиэтажного дома (построенного по соседству и куда мы в 1971 году перехали) такого восторга уже не вызывало. Но перед тем, как проход на крышу был закрыт, я успел отснять панораму своего детства...

Категория: Виктор Сорокин | Добавил: victorsorokin (19.02.2014) | Автор: Виктор Сорокин E
Просмотров: 479 | Комментарии: 2 | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 2

avatar
1
Какая замечательная заметка! Человек восстанавливает связь с Духовным миром, возвышаясь над суетой и оставаясь наедине с собой. Начинает слышать и понимать всеобъемлющий внутренний голос. И ведь не обязательно стремиться в горы, стараясь забраться как можно выше, чтобы оттуда - с высоты птичьего полета - смотреть вниз, осознавая величие своего внутреннего мира, неразрывно связанного с бесконечными просторами Безупречности. Бывает достаточно, особенно в юном возрасте, забраться на крышу - на высоту всего лишь пяти метров от той поверхности, где особенно ощущаются заглушающие едва слышимый зов Духа социальные законы. Воистину, чтобы возвыситься духовно, зачастую, необходимо физическое восхождение, похожее на возвращение во всегда ждущий тебя "отчий дом", всегда готовый подарить тебе безмолвное знание о смысле жизни каждого человека.
avatar
2
Спасибо за равнопонимание!

Однако грустно, что сегодня крыша не волнует. И потому восхищаюсь лишь памятью о детских чувствах. Спасибо памяти!

avatar

Меню сайта

Журнал "Вісник Мрії" є періодичним виданням ГО «Дитячо-юнацька екологічна громадська організація «Республіка Мрія», яка з 10 листопада 2013 року як асоційований член увійшла в мережу Всеукраїнської екологічної громадської організації «МАМА-86».  Про ВЕГО "МАМА-86"

Форма входа

Поиск

Новые комментарии

Виктор Иванович, постоянно отслеживаю Ваши новые публикации на сайте прозы. Ничего нельзя упустить. ...

Спасибо автору! Удивительно затрагивающий за самые живые струны человеческой души рассказ. И главный...

Друзья сайта

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Flag Counter

%